не вернемся, это наше наслед­ство для того, чтобы освободить человеческие су­щества — все, что нам известно об образе дей­ствия паразитов-титанов и какие меры безопасности нужно предпринимать. Ибо Келли оказался прав — человечество должно позабыть, что такое покой. Несмотря на успех операции «Милосердие», нет никакой уверенности в том, что унич­тожены все слизняки до единого. Только на прошлой неделе на Аляске застрелили медведя, на спине которого был паразит.

            Человечество теперь всегда должно быть на страже, особен­но лет через двадцать пять, если мы не вернемся, а летающие блюдца снова появятся в небе Земли. Мы не знаем, почему чудовища с Титана следуют двадцатипятилетнему периоду обращения Сатурна вокруг Солнца. Причина может быть весь­ма простой — у них самих есть множество циклов, длитель­ность которых соответствует земному году. Мы надеемся, что они активны только в один из периодов их года. Если это так, то операция «Возмездие» может стать совсем несложным де­лом. Не скажу, однако, что мы на это рассчитываем, да помо­жет нам небо в качестве «психолога» внеземных существ, но я также и боец-десантник, так же, как и каждый из нас, начиная от священника и кончая поваром. Мы настроены очень реши­тельно и намерены показать слизнякам, что они совершили ошибку, напав на самую жестокую, самую злобную, самую смертельно опасную, а также и самую талантливую форму жизни в этом районе космоса. Посягнув на независимость су­ществ, которых можно убить, по нельзя приручить.

            Лично я надеюсь на то, что нам удастся найти какой-нибудь способ спасти маленьких эльфоподобных существ, этих несча­стных гермафродитов. Я думаю, что мы могли бы наладить с ними неплохой контакт.

            Независимо от того, чем увенчается наша экспедиция, ре­путация человеческой расы, как самой свирепой, и без того вполне заслуженная, еще более повысится. Цена свободы — это готовность к неожиданным сражениям: повсюду, в любое время, при любых обстоятельствах, сражаться безрассудно и беспощадно; сражаться не на жизнь, а на смерть, не жалея при этом ни других, ни тем более себя...

            Если мы не усвоим этот урок, преподанный слизняками, то что ж, пусть нас постигнет участь динозавров! Мы должны будем исчезнуть с лица Земли! Потому что, кто знает, какие еще гнусные выходки уготовлены нам со стороны равнодушной Вселенной? Может быть, слизняки — это открытые, добродуш­ные наивные существа (ведь они так желали счастья своим скаковым лошадкам) по сравнению, ну, скажем, с обитателя­ми планет Сириуса. Если это только увертюра к грядущим событиям, то нам следует хорошо усвоить ее уроки, чтобы быть готовым к главному сражению. Мы полагали, что космос пуст и что мы автоматически являемся хозяевами положения. Даже после того, как мы «покорили» Солнечную систему, мы про­должали так считать, ибо Марс был уже мертвой планетой, а Венера по сути еще не вышла на старт. Что ж, если человек хочет и далее быть вершителем судеб — или хотя бы уважае­мым соседом — ему нужно сражаться за это.

            Каждый из нас, кто отправился, раньше был невольни­ком слизняков. Только те, кому довелось быть под ярмом, в состоянии понимать, насколько слизняки коварны, как нужно постоянно быть начеку — или как глубоко нужно ненавидеть.

Полет, как нам сказали, продлится около двенадцати лет, а это нам с Мэри даст возможность завершить свой медовый месяц. Да, забыл сказать — Мэри тоже отправляется вместе со мной. Большинство участников экспедиции составляют жена­тые пары. А количество холостяков строго соответствует числу незамужних женщин. Двенадцать лет путешествия — не про­сто путешествие, это образ жизни.

Когда я сообщил Мэри, что мы отправляемся к спутникам Сатурна, единственным, что она сказала, было:

            — Хорошо, дорогой.

            У нас будет время обзавестись двумя-тремя детьми. Как говорит отец: «Род человеческий должен продолжаться, даже если не знает, куда идти...»

Это описание происшедших событий сделано наспех и не отредактировано. Но я постарался включить в него все, что я видел и испытал.

            Война с иной расой — прежде всего война психологическая, а не война машин, и то, что я думал и чувствовал, может быть, гораздо важнее, чем то, что я делал...

            Заканчиваю я эти записи на космической станции Бета, откуда нас перебросят на борт космического корабля Объеди­ненных Наций «Мститель». У меня нет времени что-либо пе­ределывать или исправлять в моих записях. Пусть все напи­санное мною останется таким, как оно есть, даже если это и вызовет улыбку у будущих историков.

            Вчера вечером мы попрощались с отцом на космодроме «Пайкс-порт». На наше «прощай» он ответил:

            —  До скорого. Вы вернетесь, я буду ждать, с каждым но­вым годом становясь все более злым и чудаковатым стариком...

            Я сказал, что мы надеемся вернуться. Он кивнул:

            —   Вы сумеете это сделать. Вы слишком стойкие и целеуст­ремленные, чтобы погибнуть. В тебе и в таких, как ты, сынок...

            Вот мы и пересядем в ракету, которая перебросит нас на космический корабль. У меня приподнятое настроение.

ПОВЕЛИТЕЛИ МАРИОНЕТОК — СВОБОДНЫЕ ЛЮДИ ИДУТ НА ВАС ПОХОДОМ. СМЕРТЬ И РАЗРУШЕНИЕ!