НЕ УБОЮСЬ ЗЛА

Роберт ХАЙНЛАЙН

Глава 1

     По стилю комната напоминала псевдобарокко 1980 года, но была широкой, длинной, высокой и роскошной. Около окон с имитацией различных пейзажей стояла автоматизированная больничная койка. Она не вписывалась в интерьер комнаты, хотя большую часть ее закрывала великолепная китайская ширма.

     Канцелярский стол, стоявший в сорока футах от нее, тоже был чужеродным, а рядом с ним стояло больничное кресло-каталка, и от него к койке тянулись различные провода и трубки.

     Рядом с креслом, за передвижным стенографическим столом, уставленным управляющими микрофонами, звуковой пишущей машинкой, часовым календарем, пультом управления и прочими обычными секретарскими принадлежностями, сидела молодая красивая женщина.

     По манере поведения она выглядела типичным добросовестным секретарем, но одета была по последней моде, в экзотический наряд "половина на половину": правые плечо, грудь и рука скрывались под угольно-черным трикотажем, левую ногу обтягивала ярко-красная ткань, на месте трусиков - оборка обоих цветов, черная сандалия была на красной стороне, красная сандалия - на обнаженной правой ноге. Кожа была расписана красными и черными красками.

     По другую сторону стола стояла женщина постарше, одетая в халат медсестры.

     Она сосредоточенно смотрела то на свой пульт, то на пациента в кресле и не обращала никакого внимания на остальных. За столом сидело более дюжины мужчин, одетых, в основном, по-спортивному: дань моде, которой следовало старшее поколение служащих.

     В кресле-каталке сидел дряхлый старик. Если бы не яркие живые глаза, он был бы похож на плохо сделанную мумию. На лице у него не было никакой косметики, да и она не могла бы скрыть пугающую дряхлость.

     - Вампир, - тихо говорил он, обращаясь к одному из сидящих за столом, - вы просто кладбищенский упырь, дорогой Парки. Неужели ваш отец не объяснил вам, что правила хорошего тона велят сперва подождать, пока человек кончит брыкаться, а уже потом хоронить его? Или у вас не было отца? Юнис, сотрите последние слова. Господа, мистер Паркинсон предложил мне уйти в отставку с поста председателя нашей комиссии. Кто еще думает так же? - Он помолчал и медленно обвел взглядом членов комиссии. - Ну же! Неужели никто не поддержит нашего дорогого Парки? Может быть, вы, Джордж?

     - Я здесь ни при чем.

     - Но вы бы обязательно проголосовали "за", не так ли? Поскольку никто больше не поддерживает это предложение, оно отклоняется.

     - Я снимаю свое предложение.

     - Поздно, Паркинсон. Из протокола ничего нельзя удалить, разве что по общему согласию, открытому или подразумеваемому. Достаточно одного возражения - и я, Иоганн Себастьян Бах Смит, возражаю... и это правило не подлежит обсуждению, поскольку я придумал его задолго до того, как вы научились читать. Но, - Смит снова осмотрел присутствующих, - у меня есть новость. Как рассказал нам мистер Тил, все наши предприятия находятся в удовлетворительном состоянии, а "Морские ранчо" и "Фундаменты" в более чем удовлетворительном. Поэтому для меня самое время уйти в отставку. - Смит сделал паузу, потом продолжал: - Не удивляйтесь и закройте ваши рты. А вы, Парки, не радуйтесь. У меня для вас есть особая новость. Я остаюсь на посту председателя комиссии, но слагаю с себя исполнительские полномочия. Наш главный советник, мистер Джейк Саломон, становится заместителем председателя и...

     - Подождите, Иоганн. Я не собираюсь управлять всем этим пандемониумом.

     - От вас этого и не требуется, Джейк. Вы будете председательствовать в собраниях комиссии в мое отсутствие. Неужели я прошу от вас так много?

     - Вроде бы нет...

     - Спасибо. Я ухожу с поста президента компании "Смит энтерпрайзис", и мистер Байрам Тил становится нашим президентом и главным управляющим; ему давно положено продвижение по службе. На его плечах будет выбор платежей, акций, прерогативы и привилегии, лазейки для неуплаты налога. Этим я лишь отдаю ему должное.

     - Послушайте, Смит, - начал было Паркинсон, но старик перебил его:

     - Молодой человек, никогда не обращайтесь ко мне со словами "послушайте, Смит". Называйте меня "мистер Смит" или "мистер президент". Итак, что вы хотели сказать?

     Паркинсон справился с эмоциями и ответил:

     - Послушайте, мистер Смит, я не могу согласиться с вашим предложением. Не говоря уже о том, что вы одним махом продвигаете своего помощника на должность президента, что само по себе неслыханно... Если необходимы какие-либо изменения в руководстве, то следует учитывать и меня. Я ведь имею второй по величине пакет акций.

     - Я рассматривал и вашу кандидатуру на должность президента, Парки.

     - Неужели?

     - Да, И хохотал при этом от души.

     - Какого черта вы...

     - Не надо так говорить, иначе я привлеку вас к суду. Вы забыли о том, что мой пакет акций означает право решающего голоса. А что касается вашего пакета, то по правилам нашей компании всякий, кто представляет пять и более процентов акций, автоматически становится членом комиссии, даже если его никто не любит или он страдает от расстройства респираторной системы. И вы, и я подпадаем под эти определения. Байрам, каковы последние данные по доверенностям и